Почему пожарные опаздывают не по своей вине

Резонансные пожары в течение всего нескольких дней заставили в который уже раз обратиться к теме безопасности людей на соцобъектах. Почему горят люди?

Понятно, что причины возгорания во всех случаях разные. В Красногорске дом престарелых был незарегистрирован, и там вообще отсутствовала система пожаротушения и сигнализация как таковые. То есть поздний приезд спасателей туда понятен. Хотя не снимает вопроса, каким образом нелегальный дом престарелых мог быть выведен из под надзора МЧС? Как долгие годы его существование не замечали?

Однако, не удалось избежать жертв и в совершенно легальной больнице в Санкт-Петербурге. Если брать точно установленные факты, то выходит, что пожарные приехали на место через 6 минут после получения тревожного сигнала о возгорании. Простые расчеты показывают, что согласно нормативным документам о пожарной безопасности время прохождения тревожного сигнала не должно превышать 20 секунд.

Еще 45 секунд дается спасателям на сбор и выезд по тревоге. Примерно минута, чтобы проехать те несколько метров, которые отделяли больницу от пожарной части.

По прибытии к месту пожара первоочередные действия пожарных должны быть направлены на спасение людей, чтобы не допустить травмирование и гибель людей.

Но при этом известно, что большинство больных эвакуировал прекрасно сработавший персонал больницы. Неужели персонал больницы обладал суперспособностями, что смог за шесть минут, пока ехали пожарные, эвакуировать столько людей? И это при том, что реанимация в больнице Святого Георгия, где размещались лежачие больные, находится на шестом этаже.

Или причина в том, что поступление тревожного сигнала произошло со значительной задержкой после начала пожара?

Логично предположить, что на каком-то этапе вызова или прибытия пожарных возник сбой. Согласно нормативам, те 20 секунд доставки сигнала SOS на пульт пожарной охраны возможно обеспечить только в режиме его автоматической передачи. А в Санкт-Петербурге на многих соцобъектах установлена система, сигнал с которой поступает сначала на оборудование посредника — «Центра безопасности «Охрана помещений» и только после этого — на пульт антикризисного центра МЧС на набережной реки Мойки.

В результате теряется драгоценное время. Получается, что пожарные, получив сигнал тревоги, нормативы прибытия выполняют, но это не то время, которое проходит с момента возгорания.

При этом персонал соцобъектов уверен, что сигнал о пожаре в автоматическом режиме пожарным поступит. А это не так — сигнал может не пройти по причине перегрузки сетей операторов связи, блокирования сигнала транслирующей организацией, как это уже случалось, в том числе и в Санкт-Петербурге.

И сколько таких случаев уже бывало за последнее время, когда пожарных вызывали по телефону либо персонал, либо случайные прохожие.

Не раз предпринимались попытки внести изменения в ФЗ №123 Технический регламент о требованиях пожарной безопасности, позволяющие легализовать участие в схеме автоматического вызова пожарных посредников в виде коммерческих структур.

А чтобы снять с себя ответственность за наступление тяжких последствий от пожаров по причине их непоступления или позднего поступления, предлагается передать право выбора конкретного посредника органам власти субъектов РФ.

Идея проста — раз они выбирают, значит они же и отвечают за деятельность посредника. При этом, почему то никого не волнует, что на оплату услуг посредников из бюджетов различных уровней будут в нынешней тяжелой экономической ситуации тратиться огромные средства.

Выходит, что за два года по после страшного пожара в ТЦ «Зимняя вишня» не устранен серьезный недостаток в вводимом риск-ориентированном подходе МЧС — не прекращена деятельность всевозможных мониторинговых центров, фирм-ретрансляторов, охранников с тревожной кнопкой в руках. Хотя сразу после кемеровской трагедии многие как раз и задавались вопросом: почему сигнал с объекта с массовым пребыванием людей не был доставлен в автоматическом режиме напрямую от объекта на пульт пожарных.

Прямая речь

Бывший первый замначальника Серверо-западного регионального центра МЧС России Виктор Кривошонок:

— Попытки легализации посредников в схеме автоматической передачи сигналов о пожаре — это еще полбеды.

Есть еще одна важная проблема, о которой пока говорят только на узкопрофессиональном уровне. Дело в том, что сейчас, через два года после страшного пожара в ТЦ «Зимняя вишня», разработан новый порядок риск-ориентированного подхода к планированию проверок объектов, который вызывает много вопросов и опасений, прежде всего, у нас, у ветеранов пожарного надзора.

Если говорить максимально упрощенно, то все объекты распределены по различным категориям риска в зависимости от их класса функциональной пожарной опасности.

Казалось бы, все просто. Логика подсказывает, что школы и больницы — это высокая категория риска, а производства умеренной и пониженной пожароопасности — это умеренная категория риска.

Однако, согласно разработанным изменениям в Положение о федеральном государственном пожарном надзоре, инспектору МЧС хотят предоставить полную свободу действий. Его хотят наделить полномочиями по своему усмотрению переводить объекты из одной категории в другую.

Я не понимаю, зачем «городить огород», заставляя пожарных инспекторов что-то считать, переводя объекты из одной категории риска в более высокую или наоборот.

Для примера, согласно новой методики больницу следует относить к категории «среднего риска». Но инспектор сможет перевести эту больницу в более высокую категорию, например, «высокого риска», либо наоборот в «низкую».

А у меня вопрос: кто сможет помешать инспектору сказать, что больница имеет умеренную категорию риска и что ее вообще надо проверять один раз в шесть лет?

Аналогично никто не задает вопрос, кто будет нести ответственность перед семьями погибших за неправильное решение инспектора?

Полагаю, что предложенный новый порядок и критерии отнесения объектов защиты к определенной категории риска повсеместно выведет за рамки постоянного надзора социально-значимые объекты с массовым пребыванием людей.

Если проверки этих объектов в настоящее время проводятся не реже чем 1-2 раза в год, то после введения нового порядка, временной промежуток между проверками увеличится в 3 и более раз что, в конечном счете, создаст реальную угрозу жизни и здоровья людей.

Одновременно, вся деятельность надзорных органов будет сконцентрирована на объектах торговли, промышленных предприятиях, объектах бытового обслуживания населения и других объектах коммерческой деятельности, которые автоматически, исходя и предлагаемых МЧС методик, попадут в категорию чрезвычайно высокого и высокого риска и будут проверяться соответственно 1 и 2 раза в год.

Я понимаю, что проверять коммерческие объекты интереснее, нежели школы и больницы. А как же снижение административной нагрузки на бизнес, чтобы бизнес сам нес разумные риски за сохранность своего имущества? Или приоритеты поменялись?

Я бы предложил, как это обычно и делается, прежде чем принимать законы, опробовать новшества на пилотных зонах и «собачках», а не на социально значимых объектах.

В школах, детсадах, больницах должны быть максимальные требования! Как сейчас.

А снижать затраты с помощью риск-ориентированного расчета можно попробовать на промпредприятиях, за безопасность которых отвечает получатель прибыли.

Источник

Поделиться ссылкой:

Leave a Reply