Зрители назвали спектакли Руслана Вольфсона фейерверком

Необычный театр кукол на магнитах создал Руслан Вольфсон. И со спектаклем «Колобок» (Россия-Израиль) победил на II Международном фестивале театров кукол «Балтийский кукловорот», который завершился в Выборге, в номинации — «Лучшая режиссерская концепция театра».

Он управляет куклами с помощью магнитов, а кажется, будто ими никто не управляет. Спектакль похож на мультфильм. Живые картинки, перемещаясь в одной плоскости, создают иллюзию трехмерного пространства. При этом актер все время в общении с публикой. Смешно, очень смешно, всем весело. Корреспондент «РГ» расспросила Руслана Вольфсона, как рождаются его спектакли, в чем причина их успеха и легка ли жизнь в «театре одного актера»?

На первом «Колобке» зрители зевали

Руслан, в чем особенность вашей технологии? Другие актеры работают с куклами на магнитах?

Руслан Вольфсон: Наверное, все это было, но я не видел, ни у кого не стащил. Занимался с ребятами в московских театрах «Тень» и «Трикстер», а потом решил сделать свой спектакль. Задумался: как сделать не просто теневой спектакль, а чтобы его можно было играть днем на улице. Родилась идея — двигать куклы с помощью магнитов. Купил магнит, приклеил его к пластиковому шарику, поставил на картон — так появился главный герой — Колобок. Все просто. Десять лет уже играю «Колобка».

А как родился спектакль «Самый счастливый осьминог»?

Руслан Вольфсон: На стене висел телевизор. Давай-ка, что-нибудь придумаю. Подключил камеру, компьютер, стал фокусы делать, бумажки вырезать, этюдики разыгрывать. Понял, что из этого надо сделать подобие аквариума — будет у меня в телевизоре какая-то подводная история с вырезанными из бумажек куклами на палочке. Вспомнил стихи Успенского «Разноцветная семейка»: «Жил осьминог со своей осьминожкой, и было у них осьминожков немножко».

В это время мы с режиссером хотели поставить в Москве спектакль про осьминожку. Прочитал в интернете историю про осьминожку, у которой не было восьмой ноги, все над ней смеялись, а доктор не мог помочь ей — пришить ножку. А потом она встретила фею, и та сказала, что выполнит любые три ее желания. И что она загадала? Хочу, чтобы братья меня не обижали, все были счастливы, и был мир во всем мире. Про свою восьмую ногу словно забыла!

Причина успеха спектакля — в чувстве юмора, импровизации?

Руслан Вольфсон: Успех зависит от моего настроения. Поймал волну — спектакль прошел на ура. У меня ведь нет режиссерских точек, где должно выстрелить.

Вот многие говорят: «Суперспектакль, бурлеск, огонь, фейерверк!». А я вспоминаю, как на первом «Колобке» зрители зевали, спали! Как-то сказали: «Это что за халтура? А где Лиса?». Лисы нет, бегу за ширму искать ее. Некоторые «изюминки» приобретаешь со временем. Допустим, играю спектакль пять лет, что-то сделал по-другому — и зритель отблагодарил тебя за это. И понимаешь: классная находка, надо ее в спектакль вставить! Интерактивный спектакль сделать нелегко, на рельсы он встает не сразу. Может пройти спектаклей сорок, и только потом будет «огонь, фейерверк!».

Надо набирать обороты, проверять реакцию. Маленькие зрители могут отреагировать по-разному. Я разрешаю детям кричать, задавать вопросы, комментировать. А если расхулиганятся, включаю Карабаса-Барабаса: «Значит, так. Я играю — вы смотрите. Кто не хочет или скучно — дверь там».

О своих чувствах я все-таки сказал

А где «прописан» ваш театр?

Руслан Вольфсон: В России. Просто у меня двойное гражданство: Россия и Израиль. Сейчас наша семья живет в Москве. И в Тель-Авиве хранятся декорации, планирую там играть спектакли.

Вы сказали зрителям, что играете прощального «Колобка». Это правда? Или сказано ради красного словца?

Руслан Вольфсон: И ради красного словца, и такой заход на спектакль сделал. Это был второй спектакль в тот день, для участников фестиваля, взрослой аудитории, а начинать его так же, как первый — для детей — не совсем правильно. Это был печальный для меня спектакль. Пора уже ему на покой. Нет, он не утратил актуальности. Но о своих чувствах я все-таки сказал.

По молодости (Руслану 35 лет. — «РГ») я работал в государственных театрах, где некоторые спектакли играли по 20-30 лет и они были актуальны. Конечно, не очень хорошо, если ты сел на одного конька и с одним спектаклем колесишь по городам и весям. Да, за 10 лет я сделал два спектакля, мне не надо больше. Они успешные, кормят меня.

В Москве, большом городе, мне не нужны десять спектаклей, хватает четырех, которые у меня есть. Я не режиссер, который пытается что-то доказать. Я занимаюсь семьей, у нас трое детей, от 3 до 11 лет, и у меня нет времени, чтобы запереться в лаборатории и что-то придумывать днями и ночами. Мои спектакли рождаются очень медленно, три-четыре года уходит на каждый.

Маша — это мой тыл

Где сыграли «Колобка» за эти годы?

Руслан Вольфсон: Где только не играл! Даже на корабле во время шторма. В Нью-Йорке, в синагоге на Манхэттене, для русскоговорящих детей. В Сербии — я там получил на международном фестивале, моем первом, награду за лучшую актерскую работу и приз зрительских симпатий. Во многих российских городах был. Могу на улице играть: мой Колобок — как Петрушка, только на магнитах.

Приезжаю в родной Нижний Новгород и прямо на улице ставлю коробку, работаю. Куда бы ни приехал, ищу менее театральные залы, где нет занавеса, кулис, театрального света. Мне даже удобнее играть в фойе, обстановка почти домашняя. Спектакль был сделан в домашней обстановке и не предполагает световых переходов, черного кабинета, бархатного занавеса.

У вас театр одного актера. Сбылась мечта — работать не в коллективе?

Руслан Вольфсон: У меня не получается работать в коллективе. Есть у меня такая черта, не очень хорошая: говорю то, что думаю, не думая о том, что говорю. А какому руководителю это понравится?

В репертуарном театре не принято ругать свои спектакли. Не люблю выстраивать «политические» отношения. Пришлось уйти. Лучше сам принесу декорации, поставлю свет, чем кого-то ждать, просить. Режиссер, который бы поставил на меня спектакль, мне не нужен. Я нахожу материал, придумываю технический формат — как будет выглядеть спектакль, затем делаю этюды, наброски, номера.

Но режиссер и художник мне все-таки нужны. Когда собрано процентов 60 спектакля, нужна помощь. Хорошо бы поработать и с композитором, с осветителем. С хорошими профессионалами. Дальше — все сам.

Вы говорите «мы», но в вашем театре никого больше нет.

Руслан Вольфсон: Меня поддерживает семья. Моя жена — актриса Театра кукол имени Образцова. Я тоже там работал, но ушел в свободное плавание. Маша — мой тыл. Помогает советами. И как администратор, договаривается с площадками. Прихожу с какой-то идеей, пьем кофе на кухне, я рассказываю, что придумал, обсуждаем, спорим.

Источник

Поделиться ссылкой:

Leave a Reply